В Заповеднике. Часть 3. Утро начинается с рассвета. Кедровка. Зеленый вагончик. Байкал

Несколько лет подряд я ездила на север Байкала и обратно, и каждый раз мы проскакивали мимо Заповедника и метеостанции, останавливаясь там буквально на несколько минут, чтобы поглазеть на торосы, которые здесь бывают всегда и в изобилии. Поэтому с супругами Шабуровыми после марта 2012 года я больше не встречалась.

В нынешнем марте мы решили приехать сюда основательно, на несколько дней, чтобы все рассмотреть, потрогать каждую ледышку. Про дорогу в эти края, достойную отдельного рассказа, я расскажу позже.

В прошлом году Шабуровы переехали на метеостанцию. Наташа стала ее начальником и сразу взялась за наведение порядка в буквальном смысле этого слова — по приезду мы увидели чистую территорию, отремонтированные дома, которые сейчас используются в качестве «гостиниц» для туристов. От прошлой метеостанции, какой она была несколько лет назад, уже мало, что осталось. Вывеска, пожалуй.)

Как же мне было приятно, что Наташа не только меня узнала, но и вспомнила о ТОМ моем давнем пребывании у них. И даже о Вороне. Помните, про нее я рассказала чуть раньше? Фотография этой ледяной красотки висит на стене домика, где мы поселились. И, подписывая мне роскошно красивый альбом «Душа Байкала», соавторами которого являются она с Сергеем, Наташа написала такие слова:

Наташа выполнила свое обещание — после моего отъезда в 2012 году она наблюдала за Хрустальной Вороной вплоть до того самого момента, пока льдины не рассыпались на «стеклянные» карандашики, не растаяли.

Своей нынешней девчачьей команде, с которой мы путешествовали по зимнему Байкалу, я столько рассказывала про Шабуровых, про здешние места, про свои приключения много лет назад, что девочки с нетерпением ждали встречи с Сергеем и Натальей. Увы, с Сережей мы не увидались — он был в отъезде. А Наташа заглянула к нам на огонек вечером, после работы. Мы завалили ее вопросами, да ее упрашивать поговорить не надо — она человек общительный и с радостью готова рассказывать о новостях и не только о них.

Уже напрочь остыл в тарелках чуть не доеденный ужин, выпито несметное количество литров чая, а мы все болтаем и болтаем, не в состоянии угомониться и отпустить нашу гостью спать — Наташа нам рассказывает о медведях, с которыми неоднократно встречалась буквально нос к носу и пыталась от них спастись, залезая на дерево, о жизни в Заповеднике, о страшных пожарах вокруг Байкала в 2015 году, про которые написала отчаянно правдивую статью, ставшую одной из причин расставания с Заповедником — руководство «обиделось» на нее за эту правду.

Уморительно рассказывает Наташа про своих питомцев — собаку Нику и козу Боню.

Про Боню

Боню привезли в Покойники капелюшечную, совсем еще «грудную». Ника тут же взяла над Боней шефство, став ей, по сути, приемной матерью. Она повсюду таскала козочку за собой, знакомила со всеми местными жителями — лошадьми, бурундуками, мышами, кузнечиками… Боня слушала «мамашу» беспрекословно, с обожанием смотрела на нее. Так вместе эта неразлучная парочка и разгуливала по территории метеостанции. И не только здесь. Надо сказать, что задняя стенка самого дальнего от берега дома была границей, за которой начиналась территория Заповедника, куда без разрешения ходить запрещено ВСЕМ. Всем — это касалось не только людей, но и Ники, и Бони. Ника это прекрасно знала, понимала, и когда Наташа говорила ей, что в лес ходить нельзя, преданно смотрела ей в глаза и энергично виляла хвостом: «В Заповедник? Да ни за что! Я? Да никогда!». И как только Наташино внимание переключалось на дела, частенько тут же «линяла» в лес. Причем не одна, а вместе с Боней. И вот однажды после такой прогулки Ника домой вернулась одна. Без Бони. Грустные глаза, полные раскаяния, бровки домиком, страдальческие морщины на лбу выдавали ее великую скорбь и чувство вины — она, зная, что в лес ходить нельзя, все же пошла туда, потащила с собой Боню и потеряла ее! Как собака может потерять козу? Этот вопрос остался без ответа. Но и факт остается фактом: Ника Боню не нашла. Собака сникла, опустила хвост и, понуря голову, смиренно поплелась в дом, куда ее и Боню обычно запирают на ночь.

Прошло несколько грустных дней… Ника горевала, весь ее вид говорил о тоске, раскаянии, угрызениях совести. И вдруг дня через три Наташа видит — из леса выходит косматая, взъерошенная, вся в хвоинках и веточках, с репейниками в бороденке черная коза. «Боня! Боня! Это ты? Тебя не задрали медведи? Не загрызли волки? Ты не простудилась и не заблудилась! Как же ты нашла дорогу домой?». Наташа словно ребенок радовалась возращению козы. Тут же вертелась и Ника, не меньше хозяйки радуясь встрече со своей приемной «дочерью», довольная, что все обошлось и теперь опять можно будет шалить.))