«Джаз - это сама жизнь» – Левон Малхасян

Левон Малхасян - пианист-виртуоз, 50 лет исполняющий джаз. Всегда представляется как просто Малхас. Не легенда, не идол. Но тот, благодаря кому сегодня Армения по-прежнему дышит и живет джазом.

Левон, есть ли определение джаза?

Я играю, как живу, и живу как играю. Одно из определений джаза – жизнь. Меняющаяся, неповторяющаяся, что вбирает всё новое, интересное и сложное. Исполнение джаза - сиюминутная конкретизация событий, которые исполнитель переживает именно в конкретный момент. Его невозможно сыграть дважды одинаково. Когда просят на съемках повторить дубль – это смешно. Импровизация не может повторяться.

Многие отмечают, что исполнение джаза – это не простое звучание музыки. Семь нот, но каждый раз иное исполнение. В чем секрет?

Джаз – это особый язык для посвященных. Плохой музыки нет, есть плохое исполнение и сочетание. Если есть качество, то тогда это серьёзно. Если даже ретро музыку исполняет музыкант, то ее можно слушать, сердцем. Понимаете, джаз вечен. Он как и сама жизнь, не подлежит критике. Как можно критиковать Жизнь?

Джаз всегда удел мечтателей. О чем вы мечтали и мечтаете сегодня?

В Ереване у меня было несколько мечтаний, четыре из которых осуществились.

Первая – попасть в США и определиться, на правильном ли я пути в исполнении джаза. В 1990 году она исполнилась. Попал я не в армянский Лос-Анджелес, а в Нью-Йорк и Вашингтон. Неописуемый фрагмент моей жизни. Пропадал в джаз-клубах, слушая величайших джазменов и по возможности, играя. После мне еще 4 раза удалось побывать в Америке. В 2005 году исполнилась мечта провести гастроли. Сегодня уже не стремлюсь туда, не только из-за дальности поездки, а потому, что всё самое интересное я не только увидел, но и привёз в Ереван.

Вторая – сделать в Ереване международный джазовый фестиваль. Мечта исполнилась в 1998, 2000, 2006 и 2008 годах. 2008 год ознаменовался тем, что каждый месяц приезжали мегазвезды американского джаза. Чик Кориа, Стенли Джордан, Джордж Бэнсон, New York Voices – и это неполный список… После каждого концерта jam sesion с удивительной атмосферой. Последним я привёз Хэрби Хэнкока, он воспитал 3 поколения джазовых музыкантов – от джаза до джаз-рока и появления первых синтезаторов. Кроме того, став посланником доброй воли ЮНЕСКО, предложил ввести международный день джаза, так что с его подачи мы ежегодно отмечаем 29 апреля. Ереван уже 4 года отмечает день джаза, получая благодарственное приветствие от Хэрби Хэнкока за поддержку инициативы.

Левон Малхасян и Чик Кориа

Скажу, что сделать фестиваль – это не только сложная программа, но и серьезные финансовые вливания. В 1998 году очень помогли премьер-министр Армен Дарбинян и президент Роберт Кочарян, которых я сумел убедить, что нам нужен фестиваль именно сейчас.

В октябре жду на очередной фестиваль. Планирую получить также ответ от директора самого престижного фестиваля джаза в мире – швейцарского фестиваля Монтро – мы представили программу в Ереване, ждем решения. Мой любимый Ереван всегда будет в центре джаза.

Третья – иметь собственный джаз-клуб. Два моих друга мечтали о том же, в итоге наши желания совпали. Они отдали свой собственный дом под клуб, а целый год весь город помогал нам его отстроить. Мы отмечаем 10-летие клуба. Держать не просто клуб, а джазовый клуб – каждодневный труд. Джаз – островной жанр. Сегодня это по праву визитная карточка не только Еревана, но и Армении.

Певец Арамо и джаз-трио

Четвертая – издать антологию армянского джаза за 75 лет. Армянский джаз зародился в 1938 году благодаря композитору и дирижеру Артемию Айвазяну, его развили и продолжили Константин Орбелян, бэнды Мартина Вардазаряна, Арно Бабаджаняна и Стёпы Шакаряна.

Она исполнилась в начале 2016 года, благодаря помощи Вартана Арутюняна и армянскому представительству Газпрома. 2,5 года ушло на антологию. Вы можете представить себе качество записи 1938 года? Я пришел на радио к Армену Амиряну и уже вместе мы отыскали архивные записи, оцифровали, воссоздали хронологию.

Тираж 1000 штук. Издание нигде не продается. Играют 90 музыкантов, только одна композиция от каждого отбиралась совместно. 10 дисков, плюс фотоэнциклопедия и шаржи на каждого музыканта. Кстати, последняя композиция исполняется Тиграном Амасяном.

Антология армянского джаза

Это, действительно, крупные достижения, не только ваши, но и армянского джаза в целом. Сегодня есть еще масштабные проекты, что вы хотели бы реализовать?

Это и есть пятая мечта. Она связана и с музыкой, и с Арменией, и с джазом, конечно. Создать школу-студию джаза. Без ограничений по возрасту, без каких-либо различий. Джазу невозможно научиться, его надо прочувствовать. Клуб изначально был задуман как место для оперения талантливых джазистов. Школа-студия станет настоящей платформой для повышения качества джаза.

Не многие знают, но у вас нет музыкального образования. Вы когда-либо ощущали этот пробел?

Сожалею ли? Это точно человек, создавший алфавит, будет жаловаться, что не умеет читать. Шучу. Десятилетка школы Чайковского, музыкальное училище Романоса Меликяна, государственная консерватория имени Комитаса и музыкальное училище Гнесиных в Москве заменил мне всего один человек – Оскар Питерсон, величайшая легенда мирового джаза. Кстати, моя дочь окончила всё из перечисленного.

Левон Малхасян и фото Оскара Питерсона

Говоря о легендах. Вы неоднократно отмечали, что вы не легенда и не основатель армянского джаза. Так как вы сами определяете свое место в джазе сегодня?

Я продолжатель джазовых традиций. До меня все выступали с big band – джазовым оркестром. Первый джазовый состав трио (рояль, ударные и контрабас) был создан мной. В малых составах можно более выразительно преподать себя.

Наблюдаю за творчеством молодых. Это и Тигран Амасян, и Карен Григорян, начавший заниматься джазом еще в армии. Братья Мелконяны – саксофонист и трубач, Давид получил главный приз на прошлогоднем конкурсе музыкантов в Ростове.

Вы часто поддерживаете молодых музыкантов. Вы верите в талант?

Талант без работы не талант. Ничего не получается без этого. В клубе каждый день играет новый состав, 7 разных групп. Берет 2-3 хороших джазовых ноты – и сразу распознаю. Зачастую в самом музыканте причина регресса. Мало слушает, мало занимается. Надо быть фанатом джаза, чтобы достичь успеха.

Cotton Club - легендарный джаз-клуб

Вы часто общаетесь с людьми из диаспоры, вас любят и уважают, ибо вы в какой-то мере «визитная карточка» армянского джаза. Музыка объединяет?

Объехал 40-50 стран, так что мир немного посмотрел. Я всегда положительно воспринимал диаспору и пытался не разграничивать армянина из Бейрута или Лос-Анджелеса. Армянин и точка. Это идёт отсюда. Меня всегда коробило деление на ширакских, кяварских, арцахских армян. Мы едины не только музыкой.

Если мы говорим о творческом сообществе, то сегодня культурная элита Армении застыла. Вы ощущаете это безмолвие?

Согласен. Часть не удел, другие обижены. Речь, скорее, о неопределенности. Те, кто хочет, работать, мечтать и думать – они здесь. Надо просто заниматься своим делом и не влезать в политические передряги. Я отказался от всех должностей, что мне предлагали. Музыка говорит гораздо больше.

У Вас есть любимая композиция?

На протяжении 50 лет играю потрясающую вещь Жозефа Косма – Autumn Leaves (осенние листья – англ.).

Какое пожелание вы могли бы дать начинающим музыкантам, выбравшим джаз?

Если ты не фанат, то всё кончается. Джаз – либо болен этим, либо здоров и иногда обращаешься к исполнению. Это должен быть выбор на всю жизнь.