Исключение акционера из непубличного АО: выбор оптимальной модели регулирования

Одной из новелл ГК РФ в части норм корпоративного права является пункт 1 статьи 67, согласно которому:

"Участник хозяйственного товарищества или общества. вправе. требовать исключения другого участника из товарищества или общества (кроме публичных акционерных обществ) в судебном порядке с выплатой ему действительной стоимости его доли участия, если такой участник своими действиями (бездействием) причинил существенный вред товариществу или обществу либо иным образом существенно затрудняет его деятельность и достижение целей, ради которых оно создавалось, в том числе грубо нарушая свои обязанности, предусмотренные законом или учредительными документами товарищества или общества. Отказ от этого права или его ограничение ничтожны".

До последнего времени нормы об исключении участника действовали в отношении участников ООО, но теперь процитированная норма ГК расширяет такую санкцию и на непубличные акционерные общества.

В ходе подготовки новой редакции Закона об АО в свете поправок в ГК разгорелись жаркие споры о том, как должен работать данный институт. Высказываются разные позиции от полного неприятия самого этого института и проклятий в адрес разработчиков ГК до комплиментарной позиции в духе "наконец-то".

Основные аргументы сторонников распространения института исключения на непубличные АО состоят в следующем:

- в практике применения Закона об ООО институт не показал глобальных злоупотреблений;

- нет никакой политико-правовой причины подходить к ООО и непубличным АО в этом вопросе дифференцировано;

-новый ГК возлагает на участников корпорации не только права, но и обязанности; согласно п.4 ст.65.2 ГК участник корпорации обязан "участвовать в образовании имущества корпорации. не разглашать конфиденциальную информацию о деятельности корпорации; участвовать в принятии корпоративных решений, без которых корпорация не может продолжать свою деятельность в соответствии с законом, если его участие необходимо для принятия таких решений; не совершать действия, заведомо направленные на причинение вреда корпорации; не совершать действия (бездействие), которые существенно затрудняют или делают невозможным достижение целей, ради которых создана корпорация". А раз у участника АО есть не только права, но и обязанности, он их может нарушить. Соответственно, право должно предусматривать определенные санкции за такое нарушение.

У меня лично имеются определенные опасения в отношении деталей функционирования данного института и его распостранения на непубличные АО. Не может не смущать следующее:

1. Мне не нравится слишком широкое описание оснований для исключения. Грубо говоря, сюда попадают не только умышленные и недобросовестные действия акционера во вред обществу, но и то, что можно назвать "корпоративной неосторожностью" (не участвовал в собрании и т.п.). Я бы распространял этот институт только на случаи заведомого вредительства и ситуации, когда некое устойчивое поведение акционера фактически делает невозможным нормальное функционирование общества. Причины такой моей позиции не носят доктринальный характер. Скорее это просто опасения в отношении возможных злоупотреблений в форме отъема собственности, когда под прикрытием исключения будет проводиться корпоративные войны по переделу собственности. Ведь АО или ООО это не только договор, но и собственность, причем нередко крайне дорогостоящая. И выбрасывание акционера из общесва - это принудительный отъем собственности. Да, за выкуп, но нет никаких гарантий, что собственность будет адекватно оценена в суде. В непубличном обществе стоимость доли или пакета акций - вещь крайне умозрительная. Поэтому я за осторожность. За рамками описанных мною узких случаев с акционера нужно просто взыскивать убытки, если его поведение реально причиняет ущерб.

Тут вот еще какое дело. Если в ООО, возможно, какой-то катстрофы из-за существования института исключения участника не случилось, это не значит, что распространение данного института на АО не приведет к серьезным проблемем. Кто такие ООО?- как правило, малый и средний бизнес без сильного административного ресурса. А вот непубличные АО это нередко огромные корпорации с большим количеством акционеров от нескольких десятков до сотен. Нередко мажоритарные акционеры имеют достаточно мощные финансовые и административные ресурсы. Это может создать условия для развязывания долгоиграющих и дорогосоящих корпоративных войн по взаимному исключению.

2. Мне категорически не нравится модель исключения по Закону об ООО. Там участник исключается по суду. Деньги ему не обязаны выплачивать чуть ли не год. И только потом он может идти в суд с новым иском, ешл полгода судиться, чтобы добиться взыскания стоимости его доли. И даже ее могут не выплачивать в определенных случаях. В общем какой-то кошмар. По идее, как справедливо предлагает Александр Кузнецов, должно быть судебное решение сразу и об исключении, и о выплате действительной стоимости. И такая модель должна быть и в ООО, и в непубличном АО.

Там возникает множество процессуальных вопросов из области, какая часть решения исполняется первой, и что будет с акциями (долями) до момента выплаты по судебному решению цены выкупа (они остаются у исключаемого участника, но тому запрещается ими распоряжаться, голосовать и т.п.? или они все-таки переводятся на общество?). Но это сейчас не стоит, видимо, обсуждать.

3. Самый главный, мучающий меня вопрос состоит вот в чем. Я просто никак не могу принять идею о том, что требовать исключения одного акционера из общества может другой акционер, при этом мнение самого общества, а точнее большинства других акционеров не имеет решающего значения. Насколько я понимаю, если проводить аналогию с многосторонним договором, при его нарушении одной из сторон договор расторгается по решению либо всех других сторон, либо большинства из них. И здесь должно быть точно также. Ведь исключение акционера (участника) означает, что ему нужно выплатить действительную стоимость его доли (пакета акций). И эта выплата будет осуществлять из средств общества. Это могут быть вполне приличные деньги. Допустим, что исключается акционер, которому принадлежит 10% акций. Представляете, что значит обществу, у которого все деньги вложены в разные инвестиционные проекты, вертятся в бизнесе, а не лежат на счетах (если это только не Сургутнефтегаз), взять и выплатить 10% стоимости чистых активов? Это может закончится просто крахом всего бизнеса.

Мне кажется очевидным, что такие жизненно важные вопросы для судьбы общества должно решать общее собрание акционеров/участников большинством голосов. При этом понятно, что исключаемый акционер и его аффилированные лица участвовать в голосовании здесь не должны.

Безусловно, один из акционерв мог мешать обществу или своими действиями причинить обществу убытки (ну просто проголосовал за убытычный проект), но большинство вполне может посчитать, что это нарушение не стоит того, чтобы его выкидывать из общество. Во-первых, потому, что не захотят вынимать деньги из бизнеса для выплаты ему стоимости его акций. Во-вторых же, потому, что этот акционер крайне важен для успешности проекта. Например, у общества ковенанты в кредитах о несменяемости акционеров, или наличие этого акционера является залогом успешного участия в неком важном JV. Короче, это компетенция большинства, а не произвольное желание одного конкретного акционера. Просто у меня не укладывается в голове, что обладатель 1% акций может выкинуть по суду мажаритария или просто крупного акционера вопреки мнению остальных акционеров, которые хотят дальше плыть в одной лодке с тем, кого пытается выселить этот истец.

Еще одно соображение: я не исключаю, что механизм исключения может использоваться как обход правила о невозможности выхода из АО. Если акционер непубличного общества хочет выйти из АО, но продать свои акции третьим лицам не может (небольшие пакеты в непубличном АО нередко не сильно ликвидны), он может просто создать небольшой повод для того, чтобы быть обвиненным в нарушении своих корпоративных обязанностей, а далее черех аффилированного или просто дружественного акционера зарять самому себе иск об исключении, далее сыграть в поддавки и исключить себя из общества с выплатой действительной стоимости акций за счет общества. Другие акционеры, конечно, могут заявиться в процесс как третьи лица, кричать и ругаться, но формально суд может игнорировать их мнение: если факт нарушения налицо, а ответчик не сильно сопротивляется, то что помешает суду его исключить?

Как я понял, во многих европейских странах либо института исключения участника вовсе нет в качестве общего правила, либо есть но работает он на основе решения общего собрания (то есть тот вариант, который мне кажется наиболее разумным), либо вводится правило о том, что такой иск может заявить только крупный акционер (это вариант, который у нас сейчас есть в Законе об ООО - ценз в 10%). Обзор зарубежного законодательства см. очень качественную монографию А. Кузнецова об исключении из общества. Возможно, есть некоторые страны, в которых такой иск может подать любой акционер: я сейчас уже не помню. Но в любом случае, как мне кажется, нам в России, если уж мы берем такой институт как исключение и распространяем его на непубличные АО, то разумнее ориентироваться на относительно осторожные образцы. Вариант с фильтром в лице предварительного решения об исключении ОСА/ОСУ мне кажется оптимальным. В крайнем случае, можно распространить на непубличные АО 10%-тный порог из Закона об ООО, но это уже, на мой взгляд, намного хуже. И самое неверное, как мне кажется, это допускать тотальную войну всех против всех по Гоббсу, когда любой акционер может требовать исключения любого акционера, и превращать АО в колхоз (аллегория не моя, но что-то в ней есть).