АРТХАШАСТРА - ВАЖНЕЙШИЙ ПАМЯТНИК ИНДИЙСКОЙ КУЛЬТУРЫ

Артхашастра — замечательный политико-экономический трактат древней Индии, приписываемый Каутилье, — получила в настоящее время широкую известность. Этот своеобразный литературный памятник, содержащий ценнейшие сведения по вопросам государственного, экономического и политического устройства древней Индии, став доступным в подлиннике более полвека тому назад, естественно, привлек к себе большое внимание многих специалистов Индии и Европы и вызвал уже обширную литературу.

Время создания Артхашастры окончательно не установлено, так как вопрос о датировке этого памятника представляется до сих пор весьма сложным и трудным, а потому решают его различно.

50|2i В. И. Кальянов

Почти во всех исследованиях, посвященных Артхашастре, рассматривается или затрагивается вопрос о времени создания этого трактата. Несмотря на большое разнообразие доводов, приводимых для выяснения этого вопроса, все они могут быть разделены на две группы: в одних, согласно установившейся индийской традиции, создание Артхашастры относится к периоду между IV и III вв. до н. э., в других, согласно европейской традиции, — к первым векам нашей эры, например к III в. Индийской традиции придерживаются такие исследователи, как Р. Шамашастри, которому принадлежит заслуга открытия Артхашастры, первое издание текста памятника и его перевода на английский язык; 5 Ганапати Шастри, издавший в 1924—1925 гг.

Dr. Otto Stein. Magasthenes und Kautilya, стр. 3, 6 и сл., 15 и сл. и др. 5

Gopal Damodar Т a m a s k а г. Kautiliya artlia^astra-mimansa. Prayag (Аллахабад), 1925, стр. 3. 7

Jaganlal Gupta aur Bhagavandas К e 1 a. Kautilya ke arthik vicar. Vrndaban, 1933. 8

Das Altindisclie Buch vom Welt- und Staatsleben. Das Arthacastra des Kautilya. Aus dem Sanskrit iibersetzt und mit Einleitung und

Anmerkungen versehen von Johann Jakob Meyer. Leipzig, 1926, стр.

8 Narayan Chandra Bandyopadhyaya. Kautilya or an Exposition of his social ideal and political theory, vol. 1 (The art of good governement), Calcutta, 1927.

10 Berhard В r e 1 о e r. • Kautallya Studien. I. Das Grundeigentum in In- dien. Bonn, 1927, стр. 13—14, 48, 68; II. Altindisches Privatrecht bei Magasthenes und Kautalya. Bonn, 1928, стр. 167.

труд о государстве Маурья; 7 акад. С. Ф. Ольденбург, исполнивший в 1931—1932 гг. русский перевод первой книги Артхашастры а также опубликовавший три статьи, где были затронуты вопросы, связанные с изучением этого памятника; 12 Стен Конов, посвятивший свой труд анализу содержания произведения Каутильи;8 Вальтер Рубен, опубликовавший недавно два обширных исследования по введению в индологию и истории индийской философии,9 и другие.

Главные доводы ученых, придерживающихся индийской традиции, в основном можно свести к следующим положениям.

1. В различных литературных памятниках: в «Вишнупуране», в «Нитисаре» («Компендиум политики») Камандаки, который счи тает себя учеником Каутильи,10 в «Нитивакьямрите» («Нектар из речений по политике»), принадлежащей джайнскому автору Сама- девасури, современнику царя Яшодхары,11 в романе Дандина «Даша кумарачарита» («Приключения десяти принцев»), в «Катхасарит- сагаре» («Океан из рек рассказов»), в «Мудраракшасе» («Печать и министр Ракшаса»), драме Вишакхадатты, в «Чанакьякатха» («Рассказы о Чапакье»), написанном Равинартакой, и в других — упоминается о том, что брахман Каутилья сокрушил владычество Нан- дов и возвел Чандрагупту на трон, а также о том, что Вишнугуптой (он же Чанакья, или Каутилья) составлено руководство по политике для царя Маурья. Из этого делается вывод, что Каутилья был первым министром Чандрагупты и написал для него руководство политики в период между 321 и 298 гг. до н. э. Что же касается самого Чандрагупты Маурья, который правил царством в эти годы, то это подтверждается и индийскими эпиграфическими данными.12 2.

Для доказательства того, что Артхашастра относится к эпохе династии Маурья, приводятся названия монет, упоминаемых в этом памятнике, а именно: рана, masa (Artha. II, 12, 19).14 Поскольку эти монеты упоминаются еще у Панини, то, следовательно, они имели хождение во времена Панини и продолжали употребляться в эпоху царствования Чандрагупты, пока не были заменены динарами (dlnara, греч. Srjvapiov, римск. denarius) незадолго до Патан- джали (около II в. до н. э.).15 4.

Поскольку дата «Камасутры» («Наука любви») Ватсьяяны в позднейшей своей редакции может быть определена не древнее III в. н. э., то создание Артхашастры, из которой многое заимствовано Ватсьяяной, следует отнести к гораздо более раннему времени (не менее чем на пять или шесть столетий).16 Это аргументируется: во-первых, тем, что некоторые греческие астрономические термины, содержащиеся в Камасутре (Kama. Ill, I),17 в Артхашастре не встречаются; во-вторых, знакомством Ватсьяяны (в разделе об определении любви) с философией вайшешика, тогда как Каутилья в своем определении философии — Anvlksakl — ее игнорирует (Artha. 1,2); в-третьих, тем, что в Камасутре объявляется похвальным воздержание от употребления мяса (Kama. I, 2), между тем как Каутилья в главе «Sunadhyaksa» — «Надзиратель за скотобойнями» (Artha. II, 26) разрешает продажу мяса и предусматривает возмещение мясом за продажу костистого мяса.18

5. Некоторые термины, применяемые в Артхашастре, соответствуют терминам, которые встречаются в древних литературных памятниках. Так, военный термин caturangin (caturafiga), встречающийся в Архашастре19 для обозначения армии, состоящем из четырех родов войск, не найден ранее, чем в Махабхарате и Ра маяне.20 Встречающиеся в Артхашастре (Artha.

Ашоки (Гирнарский вариант). Предполагают, что эти термины Могли быть переведены с санскрита на пракриты (т. е. на народные языки соответствующих областей) для употребления должностными лицами Ашоки.28

Таковы основные аргументы, которые приводятся сторонниками индийской традиции.

Европейской традиции придерживаются Дж. Джолли и Рихард Шмидт, издавшие текст Артхашастры вместе с комментарием «Ная Чандрика» Мадхавы Яджвы;23 Морис Вннтерниц, автор обширного трехтомного труда по истории индийской литературы, а также ряда статей, посвященных Артхашастре; 24 А. Берридейл Кит, автор труда по истории санскритской литературы; 25 акад. Ф. И. Щербатской, руководивший работохт коллектива по переводу на русский язык Артхашастры; 26 Д. А. Сулейкин, посвятивший себя изучению истории Индии, главным образам древней и средневековой; 27 А. М. Осипов, написавший краткий очерк по истории древней Индии,28 и др.

Точка зрения сторонников этой группы ученых в общих чертах сводится к следующему. 1.

В отчетах греческого посла Мегасфена, о котором говорится выше, упоминается об индийском царе Чандрагупте (Еаморахотто;) но ничего не сообщается о Каутилье. Нет также сведений и о его произведении Артхашастре. В самом памятнике Артхашастра также отсутствуют какие-либо упоминания о царе Чандрагупте и его столице Паталипутре. Все эти обстоятельства свидетельствуют о том, что автор Артхашастры не был современником царя Чандрагупты.29Об этом свидетельствует также и тот факт, что в известном сочинении Патанджали «Махабхашья» встречаются ссылки на Маурьев и на собрание царя Чандрагупты (Candragupta-sabha), но совершенно отсутствует упоминание о Каутилье и его произведении.30 2.

На основании сравнительного изучения Артхашастры и другого памятника, Камасутры, явствует, что авторам обоих этих произведений были известны среди других имен и такие редкие имена ученых древней Индии, как Гхота(ка)мукха и Чараяна (Ghota(ka)- mukha и Сагауапа). Эти и другие ученые, на которых ссылаются оба автора, приводятся в их произведениях под общим названием acaryafr — «учителя». Все это свидетельствует о близком родстве между двумя этими памятниками.31 Что же касается некоторых греческих астрономических терминов и названий планет, вспречаю щихея в Камасутре, то в Артхашастре упоминаются только две планеты: Юпитер (Brhaspati) и Венера (Qukra).32 Кроме того, автор Артхашастры говорит о расположении звезд, высмеивая тех, кто верит в то, что они влияют на человеческую судьбу.33 Далее, хотя философская система вайшешика не нашла отражения в труде Каутильи, но можно предполагать, что он все же мог быть знаком с ней, ибо его философия носит материалистический оттенок и включает в себя локаяту. Наконец, воздержание от мясной нищи, считающееся в Камасутре похвальным, не находится в прямом противоречии с Артхашастрой, где обычай ahimsa — «отсутствие насилия» предписывается для всех четырех ступеней жизни (Artha. I, 3). Близкое сходство жежду Артхашастрой и Камасутрой, которая испытала значительное влияние первой, позволяет заключить, что Артхашастра была создана самое большее на столетие раньше Камасутры, т. е. в III в. н. э.34 3.

Сопоставление многочисленных и поразительных соответствий, обнаруженных в сводах законов и в Артхашастре, приводит к заключению, что Каутилья был знаком с основным содержанием Дхарма- сутр (т. е. сводов законов). Утверждают поэтому, что правила Дхармашастры (Наука о законе или морали), составленные в метрической форме, были Каутильей изложены в прозе; особенно же это относится к правилам, взятым из сочинения Яджнявалкьи: между этим сочинением и Артхашастрой наблюдается весьма близкое соответствие.41 4.

Согласно описанию Артхашастры, выплавка металлов и добыча руды в древней Индии были высоко развиты. В произведениях же более ранних авторов, как Мегасфен и Страбон, говорится обратное, что индийцы в этот период были еще малоопытными в рудничном и плавильном деле.42 5.

Артхашастра упоминает о книгах, письмах и паспортах, о регистрации и корреспонденции, о писцах и счетчиках и посвящает целую главу изложению правил для составления царских указов (Artha. II, 10). Мегасфен же сообщает, что индийцы не были знакомы с письмом и все воспроизводится ими по памяти.35

6. Общественный строй и государственное устройство, экономические и политические учреждения, а также производственные отношения, описанные в Артхашастре, представляются гораздо более развитыми и сложными и выступают более рельефно, нежели те, о которых упоминается в заметках Мегасфена и надписях царя Ашоки. На основании этого Д. А. Сулейкин считает, что Артхашастра является источником для изучения периода сів. до н. э. по III в. н. э., который он характеризует как период разложения древнеиндийского рабовладельческого общества.36

Таковы основные доводы, которые приводятся сторонниками европейской традиции.

Независимо от того, к какому заключению относительно времени создания Артхашастры приходили исследователи данного памятника, все они внесли свой вклад в изучение этого вопроса, и многие их доводы заслуживают серьезного внимания. Однако, признавая справедливость ряда доводов, приводимых в защиту обеих точек зрения, следует отметить, что некоторые из них, особенно основывающиеся на сообщениях Мегасфена, вызывают серьезные возражения. Как известно, труд Мегасфена об Индии сохранился лишь в пересказе Арриана и других древних авторов. Поэтому к сведениям, приписываемым Мегасфену, необходимо относиться весьма критически. Нельзя, например, согласиться с сообщениями Мегасфена о том, что индийцы в те времена будто бы не были знакомы с письмом. Против такого утверждения Мегасфена здесь прежде всего можно привести более раннее показание другого грека — Неарха, «который говорит о существовании в Индии писем на материи, что в Индии по отношению к очень многим текстам предпочиталось запоминание, а не записывание».37

Вопрос о письме в Индии является весьма сложным. Письменные памятники на индийских языках, дошедшие до нас, относятся к III в. до н. э. Древнейшие из этих памятников — надписи импе- ратора Ашоки, сделанные на пракритах, восходят к 270—250 гг. до н. э. Но и это еще не дает оснований для утверждения, что до этого времени в Индии не было письменности.38

История общества показывает, что с развитием производства и появлением классов, с зарождением государства и развитием торговли появляется и настоятельная необходимость в письменности. Следовательно, древнее классовое общество Индии должно было иметь свою письменность. Подтверждением этому служат такие сложные лингвистические исследования индийцев, предпринятые еще задолго до нашей эры, как разложение основного текста вед (Samhitapatha) на отдельные элементы для чтения по слогам (Padapa